Слуги сатаны 2. Возвращение Палача  - Илья Деревянко

* * *

Появлению Руководительницы в «Зале Троллей» предшествовали следующие события:

Завершив утренний макияж, она переоделась в форму, к которой успела пристраститься в те годы, когда тренировала спецназ независимой Латвии — в натовский камуфляж и облегченные женские берцы. Прикрепила к поясу электрошоковую дубинку. Сунула в карман дамский пистолетик со спущенным предохранителем. И, преисполненная чувства собственной значимости, вышла в старинный, мрачный коридор, освещенный неяркими, электрическими лампами, стилизованными под факелы. Там ее поджидал Семён Яковлевич Тыкман — в прошлом кадровый офицер и тоже уроженец России. Здесь, по штатному расписанию, он числился её ближайшим помощником. И, одновременно, (Руководительница об этом знала) являлся надсмотрщиком от хозяев из ЦРУ.

— Здравствуйте, Госпожа! — засуетился шестидесятилетний Тыкман, поблескивая потной плешью и приплясывая кривыми ножками: — Хорошо ли спалось Вам?!

— Гхе, Гм— неопределенно ответила она и сипло спросила: — Ну как тут у нас вообще?

Семён четко, по военному доложил обстановку в Фонде, потратив на это около десяти минут.

— Так-так-та-а-ак: — внимательно выслушав его, протянула Руководительница, чуть подумала и определилась: — Вроде … полный порядок. Однако, обход по минимуму все же проведем. Мало ли чего? Враги не дремлют! — она первой двинулась по коридору, отрывисто бросая на ходу: — Сначала Питомник… Потом Зал Торжеств… Потом комната видеонаблюдения!..

— Точно!.. Правильно!.. Совершенно верно! — семеня следом по темным, каменным плитам угодливо поддакивал Тыкман…

Коридор постоянно петлял и, постепенно, шел под уклон. На стенах, кое-где, проступала плесень. Лже-факелы усугубляли обстановку древности. «Когда-то в этом замке жили рыцари-меченосцы, родные братья тамплиеров! — торжественно думала Руководительница: — И мы… мы их наследники!!! Они тогда не сумели одолеть проклятую Россию, а мы… сможем! У нас все получится!!!».

— Что, Семён? — вдруг усмехнулась она: — по дому скучаешь?

— Нет! — неожиданно грубо отрезал помощник: — Там не дом, а клоака!!! Там нет места цивилизованному человеку!!!

В России, господина Тыкмана, усердно разыскивала полиция. Его подозревали (и не без оснований!) в серии убийств малолетних детей на сексуальной почве.

— Точно, нет места: — угрюмо подтвердила Руководительница, вспомнившая собственное прошлое: — Омерзительная страна!!! Стереть бы ее с лица Земли!!!..

Коридор закончился, сменившись чередой узких сыроватых ступеней, уводящих в подвал.

— Закидать ядерными боеголовками! — спускаясь по ним, оскалился Семён Яковлевич: — А после, химическим оружием обработать!!! Напалмом залить!!! Чтобы ничего живого не осталось!!!..

— Золотые слова: — мечтательно вздохнула Руководительница Фонда: — Их бы, да самому Люциферу в уши!!!

— Его время близится, близится!!! Уже на подходе!!! — проскрежетал в ответ Тыкман…

Беседуя таким образом, они достигли Питомника, расположенного в самой глубине подземелья замка. Вход в него преграждала бронированная дверь с цифровым замком, охраняемая двумя вооруженными мужчинами. (В прошлом — латвийскими спецназовцами). При виде Высокого Начальства, они вытянулись, щелкнув каблуками начищенных сапог. Руководительница махнула рукой. Один их охранников спешно набрал код на замке…

В Питомнике все было в порядке. Дети смирно сидели в большом зарешеченном загоне и, что не характерно для их возраста, совершенно не шумели. Даже не болтали. Лишь одна светловолосая девочка позавчера украденная в России, тихонько шептала на ухо соседке. Но, при виде «злой тети», умолкла и она.

Руководительница жестом подозвала служительницу: в красном платье — балахоне, с черной пентаграммой на спине.

— Кормили пиз…ков с пиз…шками?

— Да, Госпожа!

— Помой их из шланга. Они должны прилично выглядеть к Большому Празднику!

— Слушаюсь, Госпожа! Будет исполнено!!!

— О-кей. Теперь посмотрим на свиноматку…

Обе ведьмы прошли к загону — одиночке. Там на цепи сидела абсолютно голая, беременная женщина, не старше восемнадцати лет. (Беженка из какой-то арабской страны, отловленная сотрудниками Фонда и насильно «посаженная на иглу»). Выглядела она не лучшим образом. Некогда роскошные, а сейчас спутанные и грязные волосы, космами свисали до пояса. Груди, с налитыми сосками, вздымались в неровном, прерывистом дыхании. На смуглом теле зернился нездоровый пот. Темные глаза отрешенно смотрели в никуда. На губах обильно пузырились слюни и стекали на подбородок…

— Как бы не сдохла раньше срока! — обеспокоилась Руководительница: — На Празднике без «свиноматки» не обойтись!!! А ловить новую — слишком поздно. Времени нет. Может… уменьшить дозы??!

— Нельзя уменьшать: — осторожно заметила служительница: — Опять визжать, да звать на помощь начнет. До выкидыша довизжится! Ведь были прецеденты. Вы же знаете!!!

— Так-то оно так: — задумчиво протянула Руководительница: — Но… вдруг все-таки сдохнет?!

— На счет этого не беспокойтесь! — служительница зазмеилась дьявольской улыбкой. В блеклых глазах вспыхнули злорадные огоньки.

— До Праздника стопроцентно дотянет! — после секундной паузы прошипела она: — Врач сегодня осматривал. Прямо перед Вашим приходом. Сказал: — «Причин для беспокойства нет»!!!

— Ну тогда ладно: — успокоилась Руководительница: — Пиз…к-то в брюхе по прежнему шевелится?

— Конечно, Госпожа! С ним — полный порядок! Правда закоренелым наркоманом стал, но…

— Это не проблема для нас: — с усмешкой закончила Руководительница Фонда, поворачивая к выходу: — Присматривай тут дальше: — бросила она через плечо: — А нам пора…

Покинув Питомник, они с Тыкманом поднялись лифтом на третий этаж и, почтительно согнувшись, вошли в зал Торжеств. Там царила благоговейная тишина. По углам были расставлены бронзовые курильницы — в данный момент холодные, без углей и дурманящих трав. На стенах висели картины Сальвадора Дали. Под потолком светила хрустальная люстра, изготовленная в форме цветка лотоса. На сцене высилась скульптурная композиция из трех фигур — огромного роста Сатана благословлял обеими руками, тянущихся к нему мужчину и женщину. За спиной Повелителя Зла виднелось мозаичное панно, с многочисленными изображениями голых людских пар, совокупляющихся различными способами. Причем две трети этой порнографии, составляли гомосексуальные и лесбийские сценки.

— Помоги!!! — прошептала Руководительница, до полу склоняясь перед скульптурой дьявола.

— Защити от врагов!!! — тем же тоном вторил ей Тыкман. Семён Яковлевич панически боялся, что российская полиция (или, скорее, спецслужбы), достанут его и здесь — в свободной, независимой Латвии. Уж слишком много детишек загубил…

Некоторое время оба простояли в согбенных позах, (пока кровь не прилила к головам). Затем, пятясь, вывалились в коридор.